Главная История театра
История театра PDF Печать E-mail

У каждого уважающего себя театра есть собственное здание, которое так и называется ТЕАТР. И только небольшие дополнения в стиле большой, малый, имени того-то того-то, отличает один театр от другого. Не смотря на то, что в настоящий момент наш театр муниципальный, «в душе» он так и остался домашним. Поэтому у нас есть не просто здание, а настоящий дом. Еще не обретя официального статуса, театр «У Гаши» обрел свой дом, история которого интересна сама по себе.

В 1785 году по проекту тульского архитектора Кузьмы Семеновича Сокольникова (1751 - 1831 гг.) в Богородицке рядом с Казанской церковью возводится двухэтажное здание под так называемое волостное училище для простонародья. Среди инициаторов постройки - управляющий имением А.Т. Болотов и наместник Калужский и Тульский М.Н.Кречетников. К.С.Сокольникову принадлежали и другие постройки Богородицка, из которых сохранилось здание соляной лавки на современной ул.Урицкого (магазин «Охота»).

Сокольников – личность для своего времени известная и весьма уважаемая. Достаточно сказать, что он принимал участие в строительстве Всехсвятского собора Тулы, ему же историки приписывают авторство почти всех тульских церквей того времени, множества домов в Заречье. По его проекту в Веневе возведена знаменитая колокольня Никольской церкви, до сих пор остающаяся самым высоким знанием тульского края. Он же был автором проекта перестройки Императорского тульского оружейного завода, главным инженером которого являлся.

В богородицком волостном училище давалось общее начальное образование детям из неблагородных семей. По большей части эти ребята ориентировались на дальнейшее служение в разных должностях здесь же, в имении. Кстати, это было 1 учебное заведение для простого люда на территории современной Тульской области. Да и на территории страны подобные училища были тогда единичны. Набранных волостных крестьянских детей тут обучали грамоте, музыке, некоторой части арифметики и познанию должностей, дабы сделать из них людей, годных к служению в разных должностях при волости и при доме графа Бобринского.

Известно, что многие выпускники училища сделали неплохую карьеру. Из записок Болотова мы знаем и об одом из первых учителей этого заведения, который приглашал к себе юных девушек, опаивал дурманящим питьем, в общем, был ужасно коварен. Андрей Тимофеевич вел с ним борьбу неустанную и почти безуспешную. Но, как вы понимаете, в Перечень объектов исторического и культурного наследия федерального значения наше здание включено не из-за этой истории.

Мало кто знает, что у нашего дома был брат-близнец. Стоял он за расположенным поблизости прудиком, где некогда водился зеркальный карп. Оба здания были построены одновременно, но если в нашем располагалось училище для простонародья, то в утраченном – богадельня. Все вместе: пруд, симметрично стоящие по его бокам двухэтажные здания и расположенная напротив Казанская церковь (архитектор И.Е.Старов, 1774 год) - составляли единый ансамбль.

Чего только не происходило в наших стенах за два с лишним века! Постройку использовали для хозяйственных нужд графской усадьбы, здесь жили люди, как правило, служащие сахарного завода Бобринских. Так, в начале ХХ века здесь жил управляющий сахарным заводом Семен Корнаухов с женой и одиннадцатью детьми.

Позднее здесь же работала городская общественная библиотека, которая, как утверждают старожилы, в отличие от земской библиотеки, работавшей тогда же в городе, была бесплатной. Дровами, такими необходимыми во времена печного отопления, библиотеку снабжали Бобринские. Следы тех самых печей несложно найти и сегодня.

Некоторое время в этой библиотеке работала дочь директора Богородицкого сельскохозяйственного училища Вера Степеновна Арнольд, ставшая позднее доктором математических наук. Однако революционеры знали ее как Татьяну Сергеевну, автора шифров, которыми пользовались подпольщики, в том числе и В.И.Ленин. Уже после революции Вера Степановна стала последней женой известного советского писателя Бориса Житкова. И именно Вера Степановна после смерти Житкова стала распорядительницей его творческого наследия.

После революции здание использовалось расположившимся в усадьбе санаторием «Красный шахтер». Во время оккупации Богородицка в конце 1941 года в наших стенах хозяйничали фашисты, затем, по некоторым данным, здесь лечили раненых, а уже после войны открылся пионерский лагерь.

28 марта 1969 года приказом отдела культуры Богородицка после восстановительных работ в частично разрушенном войной здании открылась Библиотека искусств, а в 1971 году – Детская художественная школа, ныне носящая имя П.А. Кобякова. Кстати, Петр Андреевич – большой друг библиотеки и театра «У Гаши».

Фонд Библиотеки искусств поистине уникален. С одной стороны, это изначально определено специализацией библиотеки, а с другой – постоянной работой по его пополнению. Внимание читателей неизменно привлекают коллекции редких книг, подаренные библиотеке П.А. Кобяковым (член Союза художников СССР, один из инициаторов восстановления Богородицкого дворца), О.Н. Любченко (Москва, писатель, автор знаменитой книги «Есть в Богородицке парк»), Л.В. Тыдманом (Санкт-Петербург, архитектор, один из авторов проекта реставрации Богородицкого Дворца-музея).

Помимо книг и альбомов по истории искусства, здесь можно найти раритетные издания XIX - начала ХХ века, ноты и грампластинки с записью классической и эстрадной музыки. Кстати, наша фонотека – первая в области, перед созданием которой специально выезжали в Кострому перенимать новый опыт. Кроме того, фонд библиотеки включает в себя художественную и отраслевую литературу. Особая страница в работе библиотеки - театральное искусство.

Задолго до театра «У Гаши» в конце XVIII века в Богородицком имении благодаря его управляющему Андрею Тимофеевичу Болотову (1738 - 1833) появился первый в России детский театр.

Естественно, мы не являемся прямыми наследниками театра Болотова, да и возраст у нас давно не детский. Но по своей сути театр «У Гаши» во многом повторяет и продолжает традиции болотовского театра.

Играем мы фактически в тех же стенах Дворца-музея. Оба театра домашние, точнее даже семейные, где вместе с родителями играют их дети. Точно так же один из актеров пишет пьесы, исходя из состава и возможностей труппы. Оба театра актерские, а не режиссерские.

Как и Болотов, мы активно вводим в спектакли музыкальные номера, из соображений экономии приспосабливаем и переделываем одни и те же костюмы и декорации под разные спектакли. Как и болотовский театр, мы находимся в легкой оппозиции с отдельными представителями власти. Репертуар обоих театров - комедии и драмы.

Идея создания театра посетила Болотова 7 октября 1779 года во время празднования дня рождения. Состоявшаяся 24 ноября 1779 года постановка первого же спектакля по комедии М.М. Хераскова «Безбожник» имела оглушительный успех. Но найти новую пьесу, удобную для детской постановки, оказалось не так легко, репертуара для детей просто не существовало. Андрей Тимофеевич взялся за перо сам, и уже через 2 дня увидела свет первая в России пьеса для детей «Честохвал». Действие комедии разворачивается в поместье Благонрава, роль которого исполнял сам Болотов. А роль сына Благонрава, Клеона, играл сын Андрея Тимофеевича Павел.

Честохвал появляется в доме Благонрава с тайным желанием приволокнуться за дворовой девушкой Марфуткой, подкупает мальчика-слугу Ваньку, но тот рассказывает обо всем племяннику Благонрава Оронту и вместе с ним устраивает Честохвалову вместо свидания с Марфуткой ловушку.

Собственно, сам Честохвал, а точнее его поведение, и является главным содержанием пьесы. Он самозабвенно врет обитателям дома, невероятно напоминая в сценах вранья Хлестакова.

Болотовский дух незримо присутствует во введенных в пьесу затеях. Клеон вилкой рисует картину, которая выглядит как печатная, а на самом деле выполнена при помощи, как бы мы сказали сегодня, «копировальной бумаги». Всюду сующий свой нос Честохвал хватает в руки бутылочку и, не видя в ней ничего необычного, начинает дуть во вставленную в пробку трубку, в результате оказываясь залитым фонтаном воды. Наконец, утереться Честохвалу дают полотенце, усыпанное мельчайшим, а потому невидимым, порошком чернильных орехов, отчего лицо повесы приобретает характерный цвет.

В финале Честохвал посрамлен и с позором изгнан в свою деревню Чертоводово (о, классицизм!), а добродетельный Клеон вознагражден, получив в дар имение старика-соседа Добродушина. «Честохвал» исполнялся неоднократно и имел успех у богородицких зрителей.

Был в театре свой оркестр и «балетец», организованный при помощи француза-учителя. Систематизированных сведений о репертуаре не сохранилось. Известно, что в богородицком театре ставились последние сочинения модных авторов той поры: «Три брата совместники» и «Рогоносец по воображению» А.П.Сумарокова, «Угадай, не скажу» М.И.Попова, «Новоприезжие» Леграна (эта пьеса игралась на открытии Московского университета).

Из записок самого Андрея Тимофеевича узнаем о постановке пьесы «Необитаемый остров», для которой под руководством Болотова изготовили декорацию леса. Задний занавес представлял море. По ходу действия на глазах удивленных зрителей по морю приплывал корабль, из которого на остров сходили матросы.

Автор и текст «Необитаемого острова» нам неизвестен. Возможно, под этим названием в театре Болотова шла слезная драма «Гонимые» М.Хераскова, являвшаяся одной из русских переделок сюжета комедии Кольлета «Необитаемый остров». Во-первых, в распоряжении Болотова был томик Хераскова, откуда уже ставился «Безбожник», к тому же Андрей Тимофеевич был лично знаком с известным драматургом. Во-вторых, назидательно-чувствительный тон «Гонимых» очень перекликается с «Несчастными сиротами». В обоих случаях это слезные драмы, которых в те времена было не так и много, так что вполне можно предположить,  что Болотов позаимствовал в предыдущей постановке не только декорацию. В-третьих, действие «Гонимых» происходит на острове, и там есть та самая описанная Болотовым сцена прибытия корабля, из которого выходят матросы. В-четвертых, по содержанию и распределению ролей пьеса очень подходит для детской постановки, что в XVIII веке было редкостью. И, наконец, в-пятых, здесь та же, что и в «Несчастных сиротах» схема распределения ролей: 4 главные роли для детей (по 2 для мальчиков и девочек), несколько небольших мальчишеских ролей (в том числе без слов, чтобы занять желающих, но не очень способных) и пара взрослых мужских ролей.

В русской драматургии 1770 годов начал складываться жанр сентиментальной «слезной» драмы, для которой характерно противопоставление носителей порока и его страдающей жертвы, финал с неожиданным появлением спасителя, торжеством справедливости и наказанием зла. Добавьте к этому атмосферу чувствительности и упование на милосердие, и Вы получите драму «Несчастные сироты» (1780).

Экономный и хозяйственный Андрей Тимофеевич употребил к спектаклю ту же декорацию, что и к «Необитаемому острову», прикрыв только «задний занавес, представляющий море». Действие драмы разворачивается в лесу на поляне, «вдали видна вода и горы, а на берегу в горе пещера». И как тут не вспомнить знаменитый богородицкий парк, созданный Болотовым в пейзажном стиле!

Но вернемся к пьесе. В имении помещика Агафона Злосердова живут сироты – молодая девушка Серафима и ее младший брат Ераст. Чтобы завладеть их имением, Злосердов хочет женить на Серафиме своего сына Митрофана, а Ераста отравить, накормив пирогом с мухоморами. Крепостного дядьку Родивона (его играл Болотов), единственного защитника и опекуна детей, он выгоняет жить в пещеру, и намеревается сжить со света непосильным трудом, издевательствами и побоями. Неожиданное спасение приходит вместе со случайным проезжим – графом Благонравовым, встречающим сирот на опушке леса. В финале пьесы он появляется с офицером и отрядом солдат, чтобы арестовать Злосердовых и освободить несчастных. Серафима выходит замуж за Благонравова.

Вам не кажется, что где-то все это уже было? Конечно, было! В комедии Д.И. Фонвизина «Недоросль». Но загвоздка в том, что «Недоросль» предстал перед публикой лишь через два года после написания и через год после опубликования «Несчастных сирот». Так что мнение о том, что Фонвизин мог заимствовать что-то у Болотова, вполне имеет право на существование. Уж слишком много совпадений в сюжете и деталях.

Митрофан Злосердов и Митрофан Простаков (имена!) намерены насильно жениться на состоятельной сироте, дабы завладеть ее имением. Близки по характеру болотовская Серафима и фонвизинская Софья. Обеих отличает почтение к старшим и любовь к чтению.

Если в «Несчастных сиротах» посылают за попом, чтобы тот ждал молодых в церкви (кстати, все в том же парке недалеко от руин и дворца по сей день стоит прекрасная церковь Ивана Старова), то в «Недоросле» Софью насильно ведут под венец.

Счастливая развязка в обеих пьесах наступает лишь благодаря приезжим Благонравову и Милону, которые женятся на героинях. При этом оба героя действуют от имени властей. Благонравов приводит на помощь офицера и солдат, а Милон сам офицер.

Но есть и различия. Если цель комедии Фонвизина – осмеяние зла и порока, то задача драмы Болотова показать страдания жертв порока, вызвав тем самым сострадание к несчастным и отвращение к пороку. Если у Фонвизина зло реально, но смешно и нелепо, то у Болотова оно страшно и ужасно.

Была у Болотова и третья пьеса «Награжденная добродетель» (1781 год), которую автор считал лучшим своим творением. Судя по всему, это была снова «слезная» драма вроде «Несчастных сирот», главную роль Приезжего в которой собирался исполнять сам Болотов, но сведений о ее постановке и о том, где может находиться ее рукопись до сих пор нет.

Болотовский театр просуществовал всего около двух лет. Почему? Сложно сказать. Но думается, что официальный предлог прекращения театральной деятельности, связанный с тем, что дети чрезмерно увлеклись сценой и забросили другие занятия, стал следствием придирок к Болотову молодого князя Гагарина, назначенного новым куратором имения.

Второй взлет богородицкого театра пришелся на послереволюционные годы и хорошо известен нам благодаря «Запискам уцелевшего» Сергея Михайловича Голицина, приехавшего в 1918 году переждать смутные времена в Богородицк к своим родственникам Бобринским. Именно эти записки мы и будем нещадно цитировать.

Гражданская война, обыски, аресты, восстания крестьян, расстрелы... В то же время интерес к театру, в том числе в провинции, был огромен: «люди, голодные, боящиеся обысков, облав и прочих невзгод тогдашней жизни, шли и шли в театры, в очередях за хлебом рассказывали о театре, о пьесах, об игре артистов?»

Любительские спектакли ставились в городе и до этого, но эти труппы не были постоянными. Известно, например, о спектаклях, ставившихся в 1890-е годы по инициативе заведующего хозяйственной частью земских школ уезда Николая Владимировича Чехова. Эти спектакли, как правило, были благотворительными. В частности, выручка шла на содержание созданной Чеховым же бесплатной библиотеки. В то время на Богородицкой сцене шли водевили «Дядюшкина квартира» А.П. Морозова и «Бедовая бабушка» А.Н. Баженова, где в амплуа комического старика блистал сам Чехов. Известно, что местным исправником были запрещены к постановке показавшиеся ему недозволенными «В чужом пиру похмелье» А.Н. Островского и «Чудовище» А.Вильбрандта. Только после того, как из Москвы пришло подтверждение благонадежности пьес, исправник смилостивился. Во всех этих случаях «актеры» собирались на конкретную постановку, после единственного представления которой многие из участников спектакля больше никогда на сцену не выходили. Иногда в город заезжали гастролеры, дававшие спектакли в доме любителей театра купцов Поповых.

В самые революционные дни конца 1917 – начала 1918 года старшими детьми дворянских семей, укрывшихся в городе от бурных событий, на домашней сцене был поставлен вечер из фрагментов «Ревизора», «Горе от ума» и «Каменного гостя». Костюмы нашлись в бездонных графских сундуках. Публики было немного, но успех был оглушительным.

Под руководством Владимира Трубецкого была сочинена и поставлена комедия «Тетя на отлете»: «Живет в своем поместье старая дева (сестра Лина) с тремя племянницами — Зизи, Мими и Фифи (девочки Бобринские и наша Соня). Они скучают, к ним приезжает молодой человек Коко Заволевский (Кирилл), который сперва не знает, за которой барышней ухаживать, отдает предпочтение одной, две другие негодуют. Конфликт разрешается приездом еще двух молодых людей — высокого графа Кутило-Завалдайского, одетого в красный с синим уланский мундир (брат Владимир), и маленького барона фон дер Фридриха Херауса (Алексей Бобринский) во фраке, в ботфортах, в белых штанах. Все три молодых человека делают предложение трем барышням, а тетя «остается на отлете». Но тут появляется с букетом в руках, с надутыми щеками, с подушкой под жилетом сосед по имени Семен Семенович (дядя Владимир). Он молча подносит букет тете и целует ей ручку. На этом пьеса заканчивалась». Думали и над третьей постановкой, но не случилось.

Создание постоянного народного театра началось во второй половине 1918 года с расклейки в городе объявлений, звавших граждан прийти на помощь и своим посильным трудом помочь заложить мощный фундамент пролетарского творчества.

Желающие не заставили себя ждать и вскоре начались репетиции пьесы Галича «Суд человеческий». Роль режиссера взял на себя учитель русского языка сельскохозяйственного училища Анатолий Николаевич Четверушкин.

Одновременно велись работы по сооружению сцены, которые, правда, к премьере не закончили. Поэтому первый спектакль состоялся 14 октября 1918 года на сцене сельскохозяйственного училища.

Репетиции новых постановок шли вечерами, порой затягиваясь за полночь, а утром самодеятельные актеры спешили на работу, ведь новоиспеченные актеры продолжали оставаться местной интеллигенцией, в большинстве учителями. Немало среди этой интеллигенции было вчерашних дворян.

Энтузиазм был велик! До конца 1818 года были поставлены «Дурные пастыри» Мирбо, «Забубенная головушка» Киреева, «Без вины виноватые» и «Не в свои сани не садись» Островского, «Ледоход» Хина и «Безработные» С.Белой.

В 1920 году у театра появилось свое помещение - в двухэтажном каменном доме, реквизированном у того самого купца Попова, разобрали межэтажные перекрытия, внутренние стены и перегородки. Получился добротный зрительный зал мест на 300 - 500 (старожилы спорят). Нашлось место для галерки, оркестровой ямы (был свой оркестр!) и фойе. Открылся театр «Гамлетом».

Кстати, в самоорганизовавшемся оркестре играли выселенные из своего имения в Алексинском уезде братья Щедрины, один из которых – Константин – отец ныне знаменитого композитора Родиона Щедрина. Декорации к спектаклям писал Владимир Михайлович Голицин, ученик Юона, Кончаловского и Корина, впоследствии известный советский художник-график, прославившийся иллюстрациями к произведениям Беляева, Грина, Конан-Дойля, Бианки.

Его племянник Сергей в своих «Записках уцелевшего» вспоминал: «Антракты бывали длительными, очень уж долго менялись декорации. Четвертушкин не признавал, что и второстепенные артисты тоже переживают свои роли, и, за исключением Бурцева и Русакова, всех мужчин заставлял таскать, приколачивать, снимать, поднимать, расставлять детали декораций — фанерные деревья, мебель из графского дворца и т. д. Гвозди являлись остродефицитными, и Четвертушкин нервничал, умолял и бранился, чтобы осторожнее их забивали и вытаскивали; а уж если какой гвоздь погнулся, так не выкидывать его, а непременно выпрямлять».

Костюмы шили из запасов сундуков графского дворца и из дворцовых штор. Интересно, что первые костюмы театра «У Гаши» тоже были сшиты из атласных штор дворца. И оба театра активно использовали в качестве декораций и реквизита мебель и прочее дворцовое имущество.

Не обходилось без хитростей. Так, вместо чулок, которые носили мужчины времен Шекспира, актеры играли в женских колготках, вымоченных и растянутых при помощи гирь. Колготки, правда, все равно были коротки, из-за чего придумали неизвестные современникам Шекспира короткие раздутые штаны, скрывавшие этот недостаток.

Однажды готовящиеся к постановке актеры пришли на склад с запиской от режиссера, где значилось: «Выдать для «Гамлета» Шекспира ткани, красок». Кладовщик долго думал, после чего изрек: «Все получите, только вот Шекспира у нас на складе отродясь не бывало»…

Народный театр быстро набирал популярность, почти все спектакли шли при переполненном зале, театр гастролировал по соседним городам, что облегчало решение материальных проблем.

«Лучшими артистами бесспорно считались два учителя русского языка — Алексей Бурцев и Иван Егорович Русаков. Оба они были очень популярны в Богородицке и как учителя, и как артисты. Когда Бурцев заболел настолько тяжело, что казался безнадежным, весь город переживал за него, и все радовались, когда он стал поправляться.

Труппа в театре постоянно обновлялась, одни артисты уходили на фронт, другие куда-то уезжали, их сменяли другие. И только Четвертушкин, Русаков и Бурцев оставались на своих постах».

Большевики, понимая агитационное значение театра, всячески ему содействовали. Была даже организована поездка актеров и режиссера в Москву, где они неделю слушали лекции по актерскому мастерству и режиссуре, посещали театры. С 1921 года актерам даже стали платить небольшое жалование.

Ставить можно было лишь разрешенные пьесы, тем не менее, репертуар театра был обширен. По некоторым данным с осени 1918 по лето 1925 года было поставлено более 70 спектаклей, среди которых русская и мировая классика, пьесы предреволюционной поры и советский рекомендованный репертуар. «Вторая молодость» Невежина, «Судьба человека» Галича, «Через край» Тихонова, «Вишневый сад» Чехова, «Свои люди – сочтемся» Островского, «В старые годы» Шпажинского, «Власть тьмы» и «Плоды просвещения» Толстого, «На дне» Горького, «Тартюф» Мольера

Кстати, «Тартюф» шел и в театре «У Гаши». А еще оба театра ставили самостоятельно сочиненные музыкальные комедии по мотивам «Декамерона» Боккаччо. В Народном театре шла оперетта Владимира Голицына «Грушевое дерево», а в театре «У Гаши» - комедия О'Мура «Сто первая новелла».

Примерно к пятой постановке зал пустел; ведь в городе-то было всего шесть тысяч жителей. А первый ряд предоставлялся родным артистов и комиссарам. В 1924 году режиссера театра А.Н. Четвертушкина увольняют. В театре начинается резкий спад. Точные причины его увольнения неизвестны. По одной из версий Четвертушкин стал проявлять ненужную самостоятельность, не всегда вписывавшуюся в идеологические рамки. Так это или нет, мы не знаем. Однако, через некоторое время Четвертушкин был арестован. На этом следы его теряются.

После увольнения режиссера часть лучших актеров покинула труппу. Популярность театра угасала, сборы падали. Власти еще некоторое время пытались сохранить театр административными мерами, но появлявшиеся в приказном порядке новые режиссеры и актеры не могли вернуть былой уровень и успех постановок. В мае 1925 года труппа была официально распущена. После этого сцена некоторое время сдавалась заезжим гастролерам. В 1926 году здание театра сгорело.

Снова начался период разрозненных постановок, театральных кружков при школах и домах культуры. Школьные спектакли периодически ставил А.П. Бурцев, остававшийся учителем русского языка. Известно, что весной победного 1945 года учениками школы № 1 был поставлен водевиль В. Соллогуба «Беда от нежного сердца», с которым даже ходили (!) на гастроли в окрестные деревни Черняевку и Иевлево. Возрастную роль отца героя играл вчерашний фронтовик, преподаватель военного дела Владимир Владимирович Саморуков. Суфлировала актерам учительница немецкого языка Екатерина Алексеевна Кудрявцева. Вскоре после спектакля они поженятся, а спустя еще 45 лет их внук Рагим Мусаев впервые выйдет на сцену театра «У Гаши».

В 1960-е годы в городе славился театральный кружок при Доме пионеров. Руководила им профессиональный режиссер Валентина Клепикова, впоследствии переехавшая в другой город. По воспоминаниям старожилов репертуар был политически выдержан. В частности, юные богородчане играли сцены из жизни угнетенных негров.

В 1980-е годы школьников к театру активно приобщал Виктор Иванович Потапов, под руководством которого ребята перевоплощались в героев классических пьес, среди которых был даже Петр Великий! И, конечно же, богородчанам колоритная могучая фигура Виктора Ивановича известна по организованным им детским новогодним праздникам, где он неизменно исполнял роль Деда Мороза.

Новый театр (третий по счету) о котором заговорили, появился в Богородицке только в 1987 году. В чем-то он оказался странно похож на своих предшественников, однако стал совершенно особым явлением культурной жизни города.

Своим рождением и названием наш театр обязан двум прекрасным дамам: Галине Анатольевне Спесивцевой и Наталье Алексеевне Машутиной. Именно им в голову пришла великолепная идея: украсить вечера  «Клуба любителей прекрасного» при Библиотеке искусств театрализованными фрагментами, которые постепенно превратились в целые спектакли.

До создания театра в библиотеке почти каждый месяц проводились вечера клуба. И к каждому из них читальный зал менял свой облик: то это крестьянская изба (отмечали день рождения Есенина), то великосветский салон (как в пушкинские времена), а то деревенская улица с избой, засыпанной снегом, и снеговиком, с песнями и плясками и, конечно же, блинами, ведь праздновалась масленица!

Моментом рождения театра принято считать постановку спектакля-карнавала по пьесам Лопе де Вега 20 декабря 1987 года. В то далекое время заведующей библиотекой была Наталья Машутина, а в читальном зале работала Галина Спесивцева. И так получилось, что приходили мы все к радушным хозяйкам сего гостеприимного места Гале и Наташе, отсюда и название нашего театра – «У Гаши», то есть в гостях у ГАли и НатаШИ.  Благодаря их усилиям, библиотека искусств стала одним из самых уютных уголков Богородицка, и все, что там происходило, всегда с изюминкой, обязательно иначе, чем в других библиотеках.

Наташа была очень энергичным и внимательным человеком, прекрасным организатором. При этом все, чем она занималась, должно было получаться на самом высшем уровне. Иначе она не могла. В ней было развито честолюбие, и это явно шло на пользу делу. Однажды, отправляясь с гастролями вечера «Летит крылатый век» (1987 год) в сельский клуб, чтобы не потерять музыкальный номер, украшение вечера, Наташа бросилась в ноги певицы! И певица, конечно, пела: кто  же устоит перед таким эмоциональным напором! Интеллигентная и мудрая Наташа умела находить общий язык без преувеличения и с малым и со старым!

Наташа, как яркий костер, притягивала к себе своим энтузиазмом. Она могла зажечь любого, даже самого пассивного человека. За два дня до последнего поставленного с ней вечера к юбилею М.Цветаевой (1992 год) Наташу с сердечным приступом увезли с работы на «скорой».  Но на вечере она все равно была, держалась, умудряясь оставаться в самом центре событий. Но чем ярче горит пламя, тем быстрее оно сгорает! Увы, с 1993 года мы говорим о Наташе в прошедшем времени. Тем не менее, человек жив, пока жива память о нем, а потому Наташа всегда рядом с нами.

Вторая половинка «Гаши» от озорной, искрящей творчеством Галины, ставшей с 1993 года заведующей Библиотекой искусств. Между прочим, Галина театром увлеклась еще в детстве, когда устраивала во дворе импровизированные спектакли-сказки, в которых сама неизменно исполняла роли … пьяных принцев. А, может быть, сказалась близость ее дня рождения к международному дню театра… Но факт остается фактом. Именно благодаря Гале театр не прекратил свое существование. Она - тот маячок в ночи, к которому стремятся уставшие путники (то есть мы, домашние актеры), она же привела работать в библиотеку Лену Карпову, что, несомненно, благотворно сказалось на нашем театре.

И еще. В ряду других достоинств нашей Галочки есть уникальная способность: в отличие от нас, остальных «гашинцев», она все про нас помнит! Помнит все наши накладки, которые случаются во время спектаклей, все наши анекдоты, шутки, промахи и так далее и тому подобное! Она может, не особенно задумываясь, сказать какой спектакль и когда мы ставили, находя только ей понятные ориентиры во времени! Согласитесь, качество довольно редкое для нас, обычных обывателей, как всегда по уши загруженных своими проблемами, заботами, суетой - в общем, привычной прозой жизни! Просто не человек, а ходячая летопись театра!

(материал об истории театра взят из книги о театре «У Гаши», «Окно в театр»)

 

 













Вход



Яндекс.Метрика